Изумруды, исследование пристрастного знатока (Глава 21, Коллекционирование минералов и других редкостей Часть 30)

Коллекционеров интересуют редкости. Изумруд почти никогда не встречается в качестве включения в кварц. Найти вместе изумруд и кварц такого большого размера, около 8 см, очень нелегко.

Впервые я вошел в мир коллекционирования в тот день, когда проходил возле знаменитого перекрестка улиц Хименеса и Септимы (Седьмой авеню) в центре Боготы. Это было в 1985 году, на третий год моих попыток стать настоящим дилером по изумрудам. Денег у меня было немного, но я компенсировал это тем, что брал в долг бриллианты у дилеров в ювелирном квартале в центре Лос-Анжелеса, и обменивал их в Колумбии на изумруды. В 1980-е годы индийская бриллиантовая индустрия (ныне достигшая колоссального масштаба) только формировалась, и бриллиантовые дилеры Лос-Анжелеса давали кредит на 90 дней всякому, кто выглядел надежным, порядочным человеком. Это означало, что после 10-дневной поездки в Боготу у меня еще оставалось 80 дней на то, чтобы продать изумруды, которые я привезу, собрать деньги и расплатиться с бриллиантовыми дилерами.

На первом году этой деятельности мне стало ясно, что вежливость и благовоспитанность, свойственная жителям Калифорнии совсем не облегчают мне жизнь на улицах Боготы. Цивилизованный подход не приносил результата. Подобные вещи я замечал даже в центре Лос-Анжелеса, где начинал свой бизнес. Старый еврей-торговец, чья контора находилась на углу Шестой авеню и Хилл Стрит, однажды сказал мне: «Рон, ты слишком любезен для этого бизнеса!» Я хорошо запомнил это замечание и долго о нем размышлял. Усвоенный урок я применил на углу Хименес и Септимы. Проходя мимо людей, которые, стоя небольшими группами, рассматривали необработанные или уже ограненные изумруды, я, вместо того, чтобы вежливо попросить показать мне камень, попросту влез в их круг – все мое существо кричало «Рон, ты даже не знаешь этих людей!» – и ткнул пальцем в того, кто держал изумруд: «Muestre a ver». Покажи! К моему изумлению, человек повернулся ко мне так, как будто мое поведение было самым обычным. «Cuanto?» – спросил я их. «Сколько?»

Коллекционеры, как правило, не требуют, чтобы у изумрудных кристаллов было качество драгоценного камня, потому что это сделает его цену заоблачной. Их интересует форма кристалла и хороший цвет. Именно форма, шестиугольник с плоскими сторонами, без сколов на завершении, обеспечивает кристаллу востребованность на рынке. А если он находится внутри красивой материнской породы, это делает его еще более желанным.

Изумруд, о котором шла речь, представлял собой хорошо оформленный кристалл с рудника Мусо. Обычно кристаллы с этого рудника имеют простую шестиугольную форму, и их высота не превышает ширины основания. В наших руках находился классический шестиугольник, хорошо насыщенный цветом, и, к нашему  удовольствию, его высота заметно превосходила толщину. Когда я вернулся в Лос-Анжелес, у меня не возникло проблем, хотя среди моих знакомых не было и ни одного коллекционера минералов. Среди оживленной рыночной торговли, царившей в 1980-х между Шестой и Хилл Стрит, нашлось достаточное количество желающих приобрести этот образец. Он, так сказать, продал сам себя, причем с приличной прибылью. К моему сожалению, позже я узнал, что, после того как новый владелец отдал камень в огранку, в нем осталось всего 14 карат. Мне довелось увидеть этот изумруд уже ограненным, и я убедился, что был прав, продавая его как минерал, а не как камень для огранки. Изумруд утратил большую часть своего цвета, а неудачная огранка завершила его грустную историю. Я до сих пор вспоминаю об этом изумруде, как и о том «камне, который я упустил».

Дилеры и знатоки драгоценных камней, которые изучали геологию, и которым довелось увидеть несколько необычных образцов, начинают все больше интересоваться редкостями. Редкость камня лежит в основе всех видов расчета цены. Существует несколько критериев редкости: эстетический аспект, размер, чистота цвета и происхождение камня. Со временем у человека вырабатывается вкус к редким камням, и он начинает коллекционировать те, что попадают в поле его зрения. В хороших коллекциях драгоценных камней можно найти экземпляры различного происхождения, вида, формы и цвета. Камни, могущие похвастать связанной с ними интересной историей или знаменитым владельцем, являются самыми желанными для коллекционеров и самыми дорогими. Например, изумруды с испанского галеона Nuestra Senora de Atocha, потерпевшего крушение в 1622 году у берегов Флориды, стоят во много раз дороже рыночной цены сопоставимых камней.

Еще одним видом редких камней являются геологически редкие образцы, такие как уникальные изумруды «трапиче», о которых речь пойдет ниже. Кристаллы с нестандартным габитусом, даже если цвет и размер у них вполне обычные, становятся желанным предметом коллекционирования. Кристаллы, расположенные в материнской породе, о которых мы также расскажем далее, становятся частью мира собирателей. Фактически, число коллекционеров, собирающих кристаллы в породе, превосходит количество собирателей камней, свободных от нее, в десять раз.

Поскольку я езжу в Колумбию до шести раз в год, ко мне часто обращаются коллекционеры, думающие, что все, что нужно для появления хорошего минерального образца, — это предложить человеку хорошие деньги: «Рон, я заплачу вам 40 000 долларов, если вы привезете мне действительно хороший образец изумруда в материнской породе!» Если бы дело было только в деньгах. Редкость сама по себе является ограничивающим фактором. На каждый качественный образец приходится множество разбитых и отколотых разочарований. В моем опыте нет ничего нового. Даже 240 лет назад знатоки жаловались на то же самое.

Более чем за 25 лет, что я работаю в изумрудном бизнесе, мне, несмотря на все мои тщательные поиски, удалось предложить коллекционерам только десять колумбийских изумрудов мирового класса. Этот факт уже сам по себе говорит о том, сколь редки и уникальны экспонаты, которые вы видите в стеклянных витринах на международных выставках минералов.

Коллекционеров привлекают цвет и текстура изумрудов, напоминающие произведения искусства, порода, в которой они находятся, а также сопутствующие им минералы. Хотя на многих мировых месторождениях изумрудов материнская порода состоит из черных или темных сланцевых пород, колумбийские образцы часто находят вросшими в пласты белого или серого кальцита, что делает их  привлекательными, красивыми минералами. Сам по себе кальцит может иметь экстравагантный вид двойной пирамиды, ромбовидную или иную подобную форму, что также повышает притягательность образца.

Коллекционеры, располагающие более скромными средствами, могут приобрести геологические раритеты по более низким ценам, просто отдавая предпочтение меньшим по размеру образцам. Этот экземпляр, поступивший с рудника Мусо, стоил около 1 000 долларов. Еще экономичнее обойдется коллекция образцов «с ноготок», чьи размеры чуть меньше представленного здесь камня. Такие камни легко поместятся в квадратную коробочку размером дюйм на дюйм (примерно 2,5 см).

На всех колумбийских рудниках добывают коллекционные образцы изумрудов внутри материнской породы, но чрезвычайно высокая стоимость хороших кристаллов приводит к тому, что большая часть камней быстро извлекается из породы и идет на огранку, и из-за этого минеральный образец оказывается уничтоженным. Помимо этого, старатели уверены, что внутри каждого куска породы спрятано еще большее количество крупных изумрудов. Я видел, как множество прекрасных минеральных образцов было разбито именно по этой причине.

Тысячекаратный изумрудный кристалл с Чивора рассказывает нам о том, в каких идеальных  геологических условиях он был сформирован: насыщенные минералами подземные воды и продолжительное время роста позволили образоваться дополнительным кристаллам, растущим под углом 90 градусов к основному кристаллу, что является большой редкостью. Когда в 1991 году я привез этот камень из Колумбии, кристаллу было дано имя Ангел Анд.

Коллекционирование необработанных изумрудных образцов и кристаллов драгоценных камней, в общем, подразумевает разные эстетические ценности. Коллекционеры кристаллов ценят форму, геометрическое строение и цвет, присущий отдельным кристаллам. Они также любят собирать кристаллы из разных уголков мира. Как и всегда, когда дело касается коллекционирования, основой основ является редкость экземпляра. Нигде математическая точность природы не проявляется так красиво, как в минеральном кристалле. Изучением форм кристалла занимается наука кристаллография, которая выводит значение слова «симметрия» на новый уровень. Кристалл берилла характеризуется большей симметрией, чем любой другой кристалл гексагональной системы.

На этих двух фотографиях одного и того же изумрудного кристалла можно увидеть в отраженном свете замечательные множественные завершения. В этом случае также сложились абсолютно благоприятные геологические условия, что позволило столь многим кристаллам слиться вместе и вырасти. Этот 500-каратный образец добыт на руднике Ла Пита.

Термином «трапиче» обозначают редкий и необычный тип изумруда, в котором включения альбита или углистого сланца расположились вдоль шести лучей, образуя узор в форме шестиконечной фигуры.

Само слово «трапиче» изначально обозначало мельничный ворот, который испанцы использовали для измельчения сахарного тростника. Необычные изумруды с шестиконечным рисунком, обнаруженные в Новом Свете, напомнили испанцам об этих мельницах, отсюда и название. Колумбийские изумруды-трапиче всегда вызывали живой интерес знатоков и коллекционеров всего мира. Глядя на эти камни, геохимики и геологи теряются в догадках. «Как, — вопрошают они, — могли такие камни появиться в природе?» Как и у звездчатых сапфиров, шестиугольная природа кристалла подчеркивается наличием шестиконечного узора, который проявляется на хорошо ограненных кабошонах этого типа камней. Шестиугольник, как правило, просматриваемый в центральной части прозрачных изумрудов-трапиче, только добавляет таинственности. Люди, увлеченные коллекционированием изумрудов (aficionados), рано или поздно обнаруживают, что для их коллекции совершенно необходим трапиче хорошей формы. Эти камни достаточно редки, чтобы находить универсальное применение, однако их вполне достаточно, чтобы насытить коллекционный рынок.

Классические изумруды-трапиче, добытые на руднике Мусо. Как и любые другие изумруд-кабошон, эти камни ценятся прежде всего за свой цвет, а потом уже за прозрачность.

Двадцать лет назад в Колумбии появился необычный изумруд в виде морской раковины. Он весил всего два карата и был не очень высокого качества, но, если бы его форма была природной, он стал бы важным звеном в объяснении происхождения колумбийских изумрудов. В качестве редкости и диковины он не знал себе равных; но поскольку этот камень был единственным известным в своем роде, ученые сочли его происхождение неясным и не придали этому факту научного значения.

Однако несколько лет спустя были обнаружены еще три изумруда в форме ракушек, а потом – еще несколько разбитых экземпляров, которые подтвердили подлинность первого и дали основания для проведения научного исследования.

Правильное название этих изумрудов – моллюски, замещенные изумрудами.* В царстве минералов иногда происходит так, что образующие единицы драгоценного камня или минерала застывают в форме органического материала. Изучение под микроскопом показывает, что формирование изумрудной раковины происходило в результате замещения разрушенных молекул углерода. Это обновление происходило буквально по одной молекуле, причем гранулы, составляющие структуру ракушки, заменялись молекулами, или образующими единицами, изумруда. Такие изумрудные ракушки также называют псевдоморфными минералами, то есть, такими, которые вместо своей обычной формы принимают вид другого минерала.

Если вы интересуетесь редкостями, не забудьте про мир ограненных изумрудов. Эти камни сочетают в себе геологическую редкость и человеческую способность к неожиданным открытиям. Ценность любых драгоценных камней обуславливается их красотой и редкостью. Знатоки собирают свои коллекции, исходя из этих двух факторов. Часто бывает так, что, когда на руднике обнаруживают камни необычного цвета или качества, рынок быстро наполняется этим материалом по невысоким ценам. Потом, когда жила иссякает, и люди понимают, что больше подобных камней не будет, цены быстро начинают расти. Знатоки стремятся обзавестись такими редкостями, пока те не слишком взлетели в цене. Еще реже бывает, когда талантливому огранщику драгоценных камней предоставляется свобода действий при обработке необычного материала. Именно здесь проявляется творческая интуиция человека, результат которой можно увидеть в этих камнях, которые огранил Адольфо Арготти.

Хотя они и не являются изумрудами, паризит и эвклаз, о которых речь пойдет ниже, редко встречаются в мире и тесно связаны с процессом добычи колумбийских изумрудов. При разработках в районе Мусо были обнаружены одни из лучших в мире кристаллов паризита. Минерал был назван в честь Хосе Игнасио Париса, который первым получил концессию на разработку рудника Мусо после обретения Колумбией независимости. Эти кристаллы иногда встречаются в виде включений в изумруды, но, как правило, их находят по отдельности, на краях изумрудных карьеров. Паризитом называется фторкабонат церия, и он принадлежит к редкоземельным элементам.

Кристалл очень хрупкий, так что найти завершенный образец можно очень редко, а цельный кристалл в породе встречается еще реже. За последние 20 лет мне довелось увидеть только 3 образца кристаллов паризита в породе с естественным (не расколотым) завершением.

Эвклаз – довольно распространенный в мире минерал, но в прозрачном или синем виде он встречается крайне редко. Найденный несколько лет назад в Колумбии крупный синий образец сразу вызвал сенсацию. С тех пор было обнаружено всего несколько хороших экземпляров. В Колумбии только подобные камни добывают только на рудниках Ла Марина и Чивор. Нетрудно понять, почему месторождения эвклаза всегда располагаются вблизи изумрудных рудников; изумруд состоит из бериллия, алюминия, кислорода и кремния, а в состав эвклаза входят те же самые элементы, но в другом соотношении.

Расскажите друзьям

Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий