Изумруды, исследование пристрастного знатока (Глава 22, Изумруды, воспетые в стихах. Часть 31)

Подобно канонам религиозного учения Дзен, изумруд призван на мгновение притормозить непрерывную работу человеческой мысли.

Да исцелит поэзия ослепленных наукой.

Среди остальных наук геммология, пожалуй, больше обычного использует аналитическую, описательную и интеллектуальную фазы научного исследования. В то время как точные науки избегают субъективных и эстетических категорий, объект изучения геммологии, т.е. драгоценный камень, есть не что иное, как воплощение красоты, очарования, вечности и редкости – все эти понятия неизмеримы, и все они находятся за гранью представлений науки.

Как и многие большие приключения, все началось просто: с телефонного звонка. Я был в Боготe, и мне звонил мой друг, брокер по изумрудам, Хайро Сармиенто: «Рональд, у сеньора Пачо Андраде есть ценный изумруд, и он хочет, чтобы ты взял камень с собой в Соединенные Штаты и сделал для него документацию».

Как можно документировать редкий и прекрасный камень? В мире драгоценных камней и минералов начать нужно с профессиональной фотографии, которую лучше всего сделать в Голливуде, в студии всемирно известных фотографов драгоценных камней Гарольда и Эрики Ван Пельт.

Затем камень отправляют в лабораторию на сертификацию. Покупатели качественных камней любят сертификаты, даже если то, что в них написано об этом камне, и так всем известно.

Камень сеньора Пачо того стоил: все, кто его видели, проникались воодушевлением. Это был один из тех нескольких изумрудов с эффектом «кошачьего глаза», которые когда-либо находили на территории Колумбии. Он также был очень крупным, 22 карата, и обладал тем самым благословенным слабо синевато-зеленым цветом, который считается лучшим для колумбийских изумрудов. У камня также был ярко – выраженный эффект «кошачьего глаза», неуловимая дымка, которая, казалось, парила над камнем в воздухе, не соприкасаясь с ним. Фото камня появилось в разделе «Новости мира драгоценных камней» журнала Gems & Gemology, а швейцарская лаборатория Gubelin Gem Laboratory определила его как «исключительный».

Эффект кошачьего глаза типичен для хризоберилла, сапфира, кварца и других драгоценных камней, но он редко встречается у изумрудов. Этот эффект вызывается отражением света от многочисленных параллельно расположенных игл, как правило, состоящих из минерала рутила. В изумрудах причиной этого явления становятся многочисленные полые ростовые трубки. Драгоценные камни, обладающие этим свойством, огранивают таким образом, чтобы эти игольчатые трубки были перпендикулярны направлению взгляда, и придают им форму кабошона, чтобы эффект «кошачьего глаза» лучше проявился.

Тем не менее, мне казалось, что документации для этого камня все равно недостаточно. Должно быть, это таинственный глаз, и то, как он парил над поверхностью изумруда, заставлял меня думать, что должен же быть какой-то способ еще лучше описать этот магический камень. Как-то сидя в кожаном кресле в своем кабинете, я перечитывал строки поэмы Шекспира «Жалоба влюбленной», в которой утонченная и опытная дама вспоминает, как ее поклонники когда-то дарили ей камни, сопровождаемые стихами.

Идея показалась мне замечательной: сопровождать камень стихами! У меня было такое чувство, как будто мне только что дали золотой слиток. Целый месяц я изучал всевозможные поэтические произведения, посещал три библиотеки и истратил более 2 000 долларов на гонорары поэтам, которых просил смотреть на прекрасные камни и описывать свои субъективные ощущения.

В заключительной части своего эссе «О чувстве красоты в естественных науках» Вернер Гейзенберг ясно показывает, что даже в физике есть место субъективному представлению: «Конечно, рациональный анализ и точные измерения составляют неотъемлемую часть работы ученого, подобно тому, как молот и зубило неотделимы от работы скульптора. Но в обоих случаях речь идет лишь об инструментах, а не об источнике вдохновения». К счастью, нам, людям, живущим в мире драгоценных камней, достаточно лишь посмотреть на прекрасный камень, чтобы прийти к тому же осознанию: удельный вес и индекс преломления – не что иное, как инструментарий той науки, вдохновение от которой проникает в сердце каждого во всей своей полноте.

Поэтическая метафора столь же важна для восприятия реальности, как и метафора научная. Можно сказать, что в некотором смысле, поэтический метафоризм точнее научного, потому что поэтическая метафора обращается к таинственному. И зачастую она приобретает большую объемность, поскольку вы, читатель, можете видеть мир глазами поэта. Последнее научное открытие, принцип Гейзенберга, был ранее описан поэтами.

«Трудно рассказать о том, что случилось со мной в Колумбии, которая известна, как родина прекраснейших изумрудов. Вышло так, что для меня искали такой изумруд, и его в самом деле отыскали и огранили, а потом все поэты держали его в руках, чтобы вручить его мне, и когда руки этих поэтов подняли его над головами, мой изумруд взлетел, как небесный камень, чтобы убежать от нас по воздуху, в самом центре напугавшей нас грозы. Бабочки этой страны, особенно в провинции Мусо, сверкают неописуемым блеском, и в тот раз, когда изумруд улетел, а гроза затихла, пространство заполнилось трепещущими синими бабочками, они закрыли солнце, подобно огромной кроне, словно среди нас, изумлённых поэтов, неожиданно выросло огромное синее дерево. Эта история произошла со мной в Колумбии, в провинции Чаракирa. А изумруд ко мне так и не вернулся ».** Пабло Неруда.

Расскажите друзьям

Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий